Вы здесь

Пространство комплексного человекознания

А.А. Тюков

В основе нашего рассуждения лежит фундаментальное различение двух отношений человека к окружающей действительности и к самому себе, а именно: познавательного, созерцающего, с одной стороны, и практического, преобразующего - с другой. В свою очередь практическое отношение также может быть разделено на непосредственно преобразующее, без точно определенной до начала преобразования модели, и на проектировочное, когда непосредственному преобразованию предшествует особая деятельность по конструированию и моделированию будущего в виде проекта. Такое представление о трёх типах деятельностного отношения к человеку соответствует типологии знания, которую предложил Г.П. Щедровицкий1. Он классифицировал знания на три типа: "естественно-научные", "инженерно-конструктивные" и "практико-методические". Важно подчеркнуть, что каждый тип знания о человеке есть продукт различных типов деятельности, которые в совокупности и образуют пространство человекознания. Соответственно, познавательное, проектировочное и практическое отношение к действительности можно рассмотреть как процессы деятельностей: исследования, проектирования и практики. Отношения этих деятельностей друг к другу можно схематически изобразить в виде трёхмерного пространства, определённого тремя осями ортогональных координат (см.: рис.1).

Использование “ортогональных пространств” в методологии по крайней мере с 1979 года стало делом привычным. Однако я не обнаружил работ, кроме предлагаемой мною, где бы использовалась вся онтологическая мощность “картезианского пространства”. Как правило, речь идет о построении пространства ортогональных проекций и соблюдении принципа отнесения действительности на ортогональные проекции. Согласно принципу “ортогональности” действительность - это то что “плавает” в пространстве и может отображаться на трех проектных плоскостях, перпендикулярных друг другу, то есть независимых друг от друга и не сводимых друг к другу. На мой взгляд идея этого принципа родилась во время проектирования первой игры, хотя попыток, подступов и предпосылок к решению проблемы комплексирования было много и раньше. Проектируя организационно-деятельностную игру (название пришло позже) “Ассортимент товаров народного потребления Уральского Региона”, необходимо было построить достаточно понятное ее описание и сохранить все многообразие процессов, происходящих в игре и все предметные и профессиональные точки зрения, которые представлялись в ней. За неимением места для подробного анализа всего хода полемики в процессах подготовки и проведения ОДИ-1, я зафиксирую главный результат, конституирующий принцип ортогональных проекций.

В конкретной реальности игрового взаимодействия каждый участник представляет свои предметные видения действительности. В ходе обсуждения выявляются средства и способы его работы и в реальности времени участники образуют сеть взаимодействий своих позиций, ролей, межличностных отношений. По структуре деятельности все три образования возникают и существуют независимо и только в эмпирическом пространстве игры они все живут “здесь и теперь”. Таким образом представить весь этот комплекс процессов, структур и морфологических позиций можно “растаскивая” всю эмпирию всю “систему” игры на три “доски отображений” происходящего: “доску предметных представлений”, “доску средств и технологий” и “оргдеятельностную доску”. Сделать это и была предпринята попытка. Оказалось сказать легче, чем сделать! Как бы там ни было, но принцип отображения действительности на трех ортогональных проекциях был сформулирован. Формулировка этого принципа и стремление реализовать его практически определили содержания многих последующих игр (во всяком случае, тех, в организации и проведении которых участвовал я).2 С этой точки зрения именно организационные игры давали несравненно более богатый материал для решения проблем полипредметного и полипрофессионального комплексирования с использованием средств ортогональных пространств, чем традиционная форма методологического семинара.

Это первый подход к комплексированию предметов. Однако последовательно он может быть реализован только в предположении актуального существования эмпирически целостной полисистемы в форме осуществляющейся игры, так как обратного хода от “проекций” к действительности осуществить нельзя. Действительность “образуется” за счет обратного действия в ходе “рефлексивной сборки действительности”. Если последовательно и радикально не используются все нормы работы с картезианскими пространствами, обе эти процедуры носят сугубо интерпретационный характер. Прямое действие при этом всегда оказывается по происхождению феноменологическим, а обратная рефлексия по результатам оценки понимания оказывается методологической изотерией, то есть непонимаемой рефлексией. Но тогда возникает серьезный вопрос: рефлексия ли это, или особый способ проектирования? Технология подобной методологической работы должна стать предметом особого анализа в “методологии системного и комплексного анализа”, я же предлагаю другой способ реализации комплексного подхода.

В построении категориальной онтологии антропологии я использовал картезианский принцип образующих пространства. Не действительность проецируется на три плоскости, а три координаты образуют действительность. Уже нарисовав три перпендикулярных координаты я определил существование всего, что находится в пространстве. Но главное заключается в том, что сам рисунок (схема) картезианского пространства есть форма представления моей исследовательской деятельности, на стадии онтологизации. Это есть определение моего существования в качестве изучающего - “полагаемую и положенную” действительность. “Мыслю - следовательно, существую” - говорил Р. Декарт. В одном акте “мысления” - изображения схемы трехмерного ортогонального пространства - я соединяю три действительности, три существования: мою мыслительную деятельность, создаваемую мною объектную реальность и предлагаемую мной знаковую форму онтологии. Я утверждаю что это может позволить сделать только категориальная онтология картезианских пространств. Еще один образ, поясняющий важнейший принцип задания трехкатегориальных онтологий: рисуя картезианское пространство, я как бы строю “пол” и “стены” и” таким образом, обеспечиваю прочность своестояния - морфологического существования, даже и для случая левитации.

Рис.1. "Схема комплексного подхода". Классификация типов и видов человеческой деятельности. “Пространство человекознания", или типологическая система комплексирования предметных "точек зрения".

Примечание: П-М - практико-методические знания;

И-К - инженерно-конструктивные знания;

Е-Н - естественнонаучные знания.

 

Итак, три всеобщих типа деятельностного отношения человека к действительности, три типа знания и три типа деятельностей, продуцирующих эти знания. Такова первая трехкатегориальная онтология, в которой ни один из трех типов не может быть сведен ни к одному, потому что они ортогональны. Однако только все вместе они определяют существование всякого конкретного вида деятельности. Чтобы такую детерминацию осуществить, сами образующие должны быть представлены как “шкалы”, “векторы”, “координаты” - они должны иметь размерность. В этом и заключается основная идея построения комплексных пространств и, в частности, пространства комплексного человекознания.

Каждая образующая этого пространства обозначает один из трёх фундаментальных видов деятельности: исследование, проектирование, практику. Виды деятельности могут быть рассмотрены с точки зрения развития и исторической смены более простых способов реализации соответствующих отношений к дествительности более сложными и развёрнутыми. Историко-критический анализ, подробности которого я не имею возможности приводить (замечу только, что в методологии была разработана сложнейшая процедура так называемого метода “псевдогенетического вывода”, который я использовал при историческом анализе развития способов деятельности), позволяет нам для каждого типа деятельности выделить четыре ступени развития их способов. Мы приведём лишь краткие их характеристики. Схематическое изображение пространства комплексирования точек зрения представлено на рис. 1.

 

Исследование.

Для реализации познавательного отношения и, соответственно, осуществления деятельности исследования, обязательным является следование критерию беспристрастности (объективности). Очевидно, что наиболее простым способом реализации деятельности исследования оказывается наблюдение. Исследователь, подобно астроному, не может воздействовать на объект. Он выделяет конкретную вещественную морфологию предмета (объект наблюдения), дает в меру своих возможностей параметрическое описание последнего и регистрирует наблюдаемые изменения определенных параметров и свойств. Описав динамику изменения выделенных им свойств, исследователь обнаруживает закономерности в существовании описанных явлений. Дальнейшее представление естественной сущности изучаемых явлений оказывается делом теоретической интерпретации. Именно такая теоретическая интерпретация и становится "объективным знанием сущности изучаемых явлений". Оказывается, что требование беспристрастности оборачивается полной зависимостью суждений об истинности знания от степени развитости языка описания и систематичности понятий, при помощи которых исследователь составляет свое "объективное" описание. Основой доказательства истинности знания о природе изучаемых явлений, является, во-первых, неизменяемость свойств объекта во времени и, во-вторых, повторяемость обнаруженных закономерностей.

Более развернутым и развитым способом исследования становится эксперимент. В настоящее время этот способ реализации познавательного отношения к действительности стал основным, распространился на все области человекознания и, в некотором роде, уже довлеет над исследователем, становится стереотипом естественнонаучного мышления. Экспериментатор выстраивает определенную модель и в виде гипотезы формулирует представление о сущности и механизме жизни изучаемого предмета. Затем он помещает эмпирические объекты в специальные условия контролируемых и варьируемых параметров. Если гипотеза верна, то эмпирический объект поведет себя в изменяющихся условиях по предполагаемому закону. Так как в действительности условий очень много и все их учесть и зарегистрировать практически невозможно, то экспериментальный способ исследования развивался по пути поиска и выделения значимых параметров. Каждый раз необходимо было найти главную, существенную переменную, изменения которой могли бы однозначно доказать или опровергнуть гипотезу. Изучение человека, как показывает история антропологии, физиологии, психологии, социологии и других областей человекознания, подверглось значительному влиянию парадигмы экспериментальной науки. До сих пор образ точного, однозначно интерпретируемого знания о тех или иных аспектах существования человека все ещё вдохновляет умы многих ученых. Однако дело в том, что экспериментатор явно (а чаще неявно) исходит из постулата о неизменности природы изучаемого предмета: под воздействием условий эксперимента "объект" проявляет свою неизменную сущность. Экспериментатор в силу влияния такой парадигмы не в состоянии предположить, что изучаемый предмет (а в нашем случае человек) тоже способен экспериментировать над экспериментатором. Именно на эту особенность сложных рефлексивных систем обращал свое внимание В. Лефевр3. Рассуждая о равнозначности рангов рефлексий систем, взаимодействующих в социально-психологическом эксперименте, он утверждал о ложности многих заключений, сделанных на основе парадигмы традиционной экспериментальной науки.

Третий из описываемых нами способов исследования - формирующий эксперимент. Формирующий эксперимент по своей сути является попыткой применить методологию эксперимента по отношению к объектам, способным к научению - к живым системам. Этот исследовательский подход наиболее последовательно реализован в теории поэтапного формирования умственных действий П.Я.Гальперина и его учеников. По этой теории заранее предполагаемый результат, полученный в ходе педагогических воздействий на человека, имеет силу доказательства о правильности предположения4. Действительно, если исследователь в гипотезе описал параметры и свойства умственного действия, затем сумел эти свойства планомерно сформировать у человека и получил их, то значит он доказал правильность своей гипотезы. Говоря проще, если сумел сделать, то значит знаешь механизм существования. Если из руды получил чугун, заранее предположив его свойства, следовательно знаешь природу чугуна и плавки. Однако и этот способ и, соответственно, знания, получаемые с его помощью, не могут учесть свойства безграничной пластичности человеческой психики. Человеческая душа (субъективность) оказывается способной изменить самое себя, восприняв влияние различных условий включая и воздействия педагога-экспериментатора. Но именно эта сторона сущности человека остаётся за рамками исследования, осуществляемого способом формирующего эксперимента.

Четвёртый способ, который мы определили как квалификационный анализ, представляет собой сложную организацию комплексного исследования психологических механизмов поведения человека. В основе этого способа лежит постулат о способности человека выполнить любую норму деятельности. Если же по какой либо причине (личные установки, стереотипы сознания, болезнь, наконец) предлагаемая человеку норма "противна", то он будет её нарушать, что и обнаружится в его поведении.

На первом этапе реализации этого способа даётся общее онтологическое описание существования человека в тех или иных конкретных социальных условиях. Такое описание основывается на культурно-историческом категориальном анализе. Далее онтологическое описание преобразуется в нормативное представление о процессе деятельности человека, и на основе этого представления строятся условия поведенческой ситуации "испытуемого" и норма его поведения. Конкретный индивид приглашается в эту ситуацию, где ему предлагают действовать в соответствии с запланированной нормой. Далее могут разыгрываться два варианта: в первом индивид точно следует норме, при втором варианте в его поведении обнаруживаются отклонения от нормы или сопротивление ей. Первый случай для исследования мало интересен. Не получая никакого нового знания, ученый лишь убеждается в том, что норма "хорошая". Второй случай дает возможность представить отклонения как симптомы "внутренней естественной природы субъективности", которая сопротивляется норме. Исследователь, систематизируя симптомы в симптомокомплексы, выстраивает синдромы поведения человека в конкретных социальных условиях5. При этом учёный подвергает сомнению свое онтологическое описание и тем самым развивает свои научные знания о человеке. Этот способ впервые в своей основе был предложен Зигмундом Фрейдом в психоанализе и постепенно и с трудом распространяется на различные области человекознания. Это способ исследования позволяет на каждом шаге конкретизации знания о человеке представлять его в форме деятельности, или точнее, совместной деятельности исследователя и "испытуемого".

 

Проектирование.

Выше мы дали краткие характеристики способов исследования в их развитии. Переходя к описанию способов проектирования, возьмём в качестве дифференциального признака отношение между проектной идеей и её воплощением в законченном "рабочем проекте", в завершенной "модели потребного будущего".

Такая классификация позволяет выделить четыре основных способа реализации проектировочного отношения к действительности: проектирование по прототипам, морфологическое проектирование, тотальное проектирование ("know-how") и непрерывное программирование.

В случае проектирования по прототипам деятельность проектировщика фактически сводится к репродукции способа получения уже готового образца, когда-то и кем-то созданного. Применительно к человеку это способ может быть выражен знаменитой фразой: "по образу и подобию своему". В зависимости от того, в какой степени проектировщик сможет описать в идеальной форме выбранный им в качестве образца предмет (в нашем случае, человека), он получит тот или иной проект или "идеал" возможного будущего для других людей. Прототип может оказаться реальным историческим лицом: живым или жившим (Алла Пугачёва, Андрей Сахаров и т.д.), а может быть литературным героем (Илья Ильич Обломов, Жан Кристов). Но во всех случаях он должен быть представлен "как живой". Гигант Давид, созданный воображением и мастерством великого Микеланджело, прекрасный образец человека. При этом способе проектирования сам процесс деятельности проектирования, а главное реализации проекта в жизни, остаётся тайной за семью печатями, сокровенной тайной творчества художника-конструктора.

Другой способ: морфологическое проектирование, или собственно конструирование - это ни что иное как создание конструкции из имеющегося в наличие материала и конструктивных элементов. В истории человекознания этот способ социального проектирования нашел свое выражение в решении проблем культуротехнического построения идеала личности: сформировались такие дисциплины, как культурология и этософия6. На материале культурно-исторического анализа создаются идеалы "рыцаря", "буржуа", "гражданина". Конструируется типологический образ человека: "человек разумный - гомо сапиенс", "человек созидающий - гомо фабер", "человек играющий - гомо людер", "человек общественный - гомо версус" и др. На всех этапах проектирования по этому способу происходит постоянное сопоставление вещественной формы промежуточного результата с отличительной, системообразующей характеристикой проектной идеи.

В настоящее время технологическая революция и распространение идей тотального проектирования затронули и гуманитарную сферу. Возникает и развивается множество психотехник, ориентированных на получение заранее определенного результата. Проектировщики (а в этой функции сейчас выступают обществоведы, социотехники, психотерапевты, педагоги и многие другие) создают представления об "образе жизни" современного человека. Образ жизни выступает ориентиром созидания технологии человеческого существования (например, для экологического проектирования).

Наиболее развитым способом реализации проектировочного отношения, является, на наш взгляд, непрерывное программирование, или как иногда выражаются, сценарное проектирование условий жизнедеятельности человека. В данном случае проектируются условия ближайшего и перспективного будущего существования человека. Проектировщик перестает ориентироваться на конкретный идеальный образ человека. Главным для него становится общечеловеческая ценность сохранения жизни человека и человечества. Ориентируясь на эту ценность, проектировщик созидает обстоятельства жизни человека пространство его существования.

Так деятельность проектирования развивается от примитивных способов воспроизведения уже имеющегося образца до сотворения условий, достойных принципа "благоговения перед жизнью" Альберта Швейцера7.

 

Практика.

По третьей оси координат нашего пространства комплексного человекознания представлены способы практического, непосредственно преобразующего отношения к действительности: манипулирование, регулирование, целевое управление и образование. Мы выделяем четыре основных способа практической деятельности по степени конкретной материальной независимости существования объекта от воздействия на него. Конечно, можно выделить больше различных видов способов практики, но приводим описание наиболее ярко отличающихся друг от друга.

Манипулирование - это наиболее простой способ воздействия на предмет (в том числе и на человека). При манипулировании практик имеет дело с внешней материальной оболочкой предмета: он переставляет, поворачивает, отделяет части или соединяет их - манипулирует предметом без орудий или при помощи них. Конкретных форм такой практики в отношении человека бесчисленное множество (мать, пеленающая ребенка, массажист, надсмотрщик, поводырь и т.д. т.п.). Все они опираются на чувственную форму предмета, представленную в восприятии человека-практика.

Вторым способом практики является регулирование как воздействие на такие элементы механизма объекта, которые меняют режимы его функционирования. Практик выделяет те элементы (функциональные органы) единой функциональной системы организма, воздействуя на которые, он может перевести организм из одного состояния в другое. При этом способе важнейшим является соответствие энергии и движения воздействия той энергии и тому движению, на которые способен реагировать функциональный орган. К регулированию жизнедеятельности человека можно отнести различные формы медикаментозной терапии, методы стимульного воздействия на поведение человека, способы директивного управления8. Все формы практического отношения к человеку, которые мы относим к способу регулирования, в социальной психологии принято связывать с понятием социально-психологического тренинга. Системы тренинга могут быть охарактеризованы как способы регулирования, прежде всего потому, что под воздействием "тренера" меняется режим функционирования механизмов психической регуляции состояний и поведения человека.

Следующие два способа реализации практического отношение к человеку - целевое управление и образование - объединены тем, что оба направлены на создание условий развития жизнедеятельности. Целевое управление определяется как совокупность воздействий на управляемую систему деятельности со стороны управляющей системы с целью сужения веера возможных стихийных изменений и направления всего развития к заранее поставленным целям.

Наиболее развитой формой практического отношения к человеку становится образование. Индивид не станет личностью, если общество не будет систематически заниматься его воспитанием, обучением и духовным становлением. Необразованный человек - это человек без "образа" или просто безобразный. Отличие образования от целевого управления состоит прежде всего в отсутствии жестко определенной цели о том, каким должен быть образованный человек. Это не значит, что у учителя или воспитателя нет вообще целей, однако цели приобретают особую функцию ценностных ориентаций. В образовании главной целью становится признание безусловной ценности личной уникальности воспитанника, ученика, духовно самосознающего себя человека.

Конкретные технологии и организационные формы образования будут определятся ценностным содержанием представлений о сущности целостного человеческого существования. Например, если человек представляется в виде организма, функционирующего в определенной среде, то воздействия на него буду осуществляет с целью его адаптации к условиям жизни. Если же в качестве основного содержания жизни личности выдвигается принцип духовного развития, то все процессы образования будут направляться на создания условий, где личность сможет совершать более свободные, более самостоятельные и более ответственные поступки, где человек будет способен больше сделать, чем он мог делать раньше. Конечно и само развитие может представляться различными философами по разному, но главное, чтобы оставался незыблемым принцип развития9.

Мы дали описание пространственной организации комплексного изучения человека в системе координат исследования, проектирования и практики. Каждая из названных деятельностей была представлена развивающимися способами реализации соответствующего отношения к человеку со стороны изучающего. Согласно описанию каждая точка этого трёхмерного пространства может быть представлена как пересечение характеристик по трём образующим. Давая пространственную характеристику любой точке пространства мы тем самым определяем возможную профессиональную позицию в изучении человека. Например, точка зрения современной биологии на человека может быть описана как пересечение экспериментального способа в исследовании, морфологического проектирования и регулирования в практической деятельности. Соответственно, любая позиция ученого, изучающего человека может быть представлена как точка зрения в пространстве комплексного человекознания.

Предлагаемая интерпретация системы комплексного человекознания как пространства точек зрения (особенных видений) позволяет впервые взглянуть на человека субъективно, взять его как предмет в форме конкретной практической деятельности тех профессионалов, которые его изучают. В реальности человекознания нет чистых типов исследователя, практика или проектировщика. Если бы они могли существовать, то должны были бы стать "одномерными". Даже исследователь и проектировщик одновременно, но не практик должен быть описан по нашему пространству как двумерный человек. Реальная человеческая деятельность в отношении к человеку, по крайней мере, трёхмерна. Чистые типы - это наши абстракции, категориальные определители, но именно они позволяют точно, дифференцированно и в рамках типологии всего деятельностного многообразия описать любое практическое отношение к человеку. Подобно тому, как в таблице периодической системы элементов есть пустые клетки, в нашем пространстве могут оказаться незаполненные точки (кубики). Это говорит о том, что ещё не сформировалось особой профессиональной позиции и соответствующей научной дисциплины. Следовательно, "пространство комплексного человекознания" позволяет прогнозировать развитие изучения человека в будущем.

Построенное нами пространство можно рассматривать не только как типологическую систему описания профессиональных позиций, но и как пространство проблем. Между каждой точкой пространства есть расстояние, которое может быть интерпретировано как дистанция между различными профессиональными позициями. Один ученый при изучении человека стоит на позиции эксперимента, прототипного проектирования и практики манипулирования, а другой на позиции: тотального проектирования, квалификационного анализа и практики образования. В силу значительной дистанции между позициями этим профессионалам очень трудно понять друг друга. Неизбежно возникает проблема "общего языка" представителей различных дисциплин.

Таким образом, пространство человекознания - это пространство проблем межпрофессиональной коммуникации. Но в отличие от системного подхода, где главным является поиск решения проблем в объединении позиций на общих онтологических или методологических основаниях, то есть проблем поиска общего языка, в предлагаемом нами комплексном подходе во главу угла ставится проблема организации взаимопонимания различных позиций в общечеловеческом языке.

Вместе с тем, подчеркивая возможность решения проблем комплексирования знаний о человеке за счёт организации межпрофессиональной коммуникации представителей разных дисциплин в средствах естественного языка, мы имеем в виду коммуникацию в узком смысле слова. Коммуникацию не следует смешивать с разнообразными формами человеческого речевого взаимодействия. Мы говорим о коммуникации как о специфическом обмене содержаниями предметных представлений, профессиональных позиций в средствах естественного языка. Существуют другие формы социального бытия человека: деловые и статусные отношения, межличностные и интимные взаимоотношения, где используется человеческий язык, но они не являются коммуникацией.

При рассмотрении коммуникации как отдельной особой формы социального бытия человека, необходимо выделить её характерные признаки. К ним относятся: общий предмет обсуждения, равноправность позиций всех участников коммуникации, разделение общей для всех ценностной ориентации на "понимание чужой точки зрения"10. В таком случае главным условием комплексирования знаний о человеке, иными словами построения общей антропологии, становится категориальная определенность и понятийная строгость суждений представителей профессиональных позиций, участвующих в коммуникации.

Взаимопонимание в коммуникации достигается только при условии эксплицированного представления своих исходных онтологических оснований каждым участником, будь то "докладчик", "оппонент" или "интерпретатор". Систематичность используемых понятий, логичность построения текста, схематичность представлений - это всё минимальные условия для того, чтобы истина родилась, а не “подохла в споре”. Мы говорим об условиях успешной коммуникации. Однако соблюсти эти условия оказывается в каждом конкретном случае не только архитрудно, но иногда и невозможно. Поэтому процессы межпрофессионального понимания, анализ условий этого понимания, создание условий, благоприятствующих точному и ясному изложению всех позиций становится самой насущной проблемой организации комплексных исследований человека, формирования позитивной антропологической работы. Коммуникация, как и все человеческие формы существования, обладает свойством рефлексивности. Поэтому решение проблем коммуникации может лежать на пути непрерывного программирования совместной межпрофессиональной деятельности, включающей этапы создания условий взаимодействия разных профессиональных позиций, осуществления коммуникации с уточнением, доопределением и, иногда, переопределением позиций и, наконец, анализа результатов взаимопонимания.

Таким образом, антропология и комплексное человекознание как проблема неразрывно связана с формами организации межпрофессиональной, межпредметной и межпозиционной коммуникации. В свою очередь для каждого ученого, берущегося изучать человека, эта проблема оборачивается необходимостью определения собственной позиции в рамках познавательного, проектировочного и практического отношений к действительности. Проблема осложняется, так как мало внутренне самоопределится, надо ещё найти средства выражения своей позиции, понятные коллегам, представителям других дисциплин. Последнее обстоятельство на первый план выдвигает проблему языка межпредметной коммуникации как специфической системы средств, могущих обеспечить взаимопонимание разных точек зрения и подходов к изучению человека, иногда противоположных.

В последнее время в семиотике появляются попытки разрабатывать язык онтологических схем, как специальную систему средств для межпрофессионального взаимодействия. Возможно язык онтологических схем завоюет свое место в будущем, как это случилось с языком инженерных чертежей или радиосхем, но одно уже сейчас представляется достаточно очевидным: богатства естественного языка необходимо ограничить категориальной строгостью онтологических описаний. Я продемонстрировал требования строгости прочтения схем на примере схемы картезианского пространства. Сама идея такого использования этой схемы была предложена в 70 годах дизайнерами при решении проблем типологии проектирования продукции различных производств (радиотехника, электроприборы, электрическая игрушка).

Сутью моего предложения использования этой схемы в онтологической работе заключается в том, чтобы на образующих пространства ставить категории. Картезианское пространство интерпретируемое как исходная онтологическая картина позволяет впервые осмысленно задать не монокатегориальную онтологию (“все есть вода”, “человек - это сознание”) и не бинарную онтологию, основаннную на категориальных оппозициях, а трехкатегориальную онтологию, при которой нет возможности свести одну из категорий к статусу свойства другой, не нарушив принципа ортогональности.

Такую работу мы проделали при построении категориальных оснований новой психологии, которая может претендовать на место исследовательской грани вершинного кубика (педагогики) в пространстве общей антропологии. Эта работа составит содержание двух разделов антропологии: биологии человека и психологии. Однако это предмет дальнейших рассуждений, а в заключение я хотел бы обратить внимание на два очень важных для антропологов момента.

Во-первых, мы говорили о ценностной ориентации на понимание чужой точки зрения в коммуникации и мы снова подчеркиваем это важное обстоятельство межпрофессионального понимания. Но нельзя забывать, что не может быть взаимопонимания между позицией, признающей безусловную ценность человеческого существования и позицией человеконенавистника. Комплексировать эти позиции бессмысленно и безнравственно.

Во-вторых, предлагаемое пространство комплексного человекознания ограничено рамками рационального знания. В культуре существуют и другие - иррациональные формы знания о человеке и природе, например, мистические. Поэтому я хочу закончить эту статью указанием перспектив постановки и обсуждения проблем взаимодействия рациональных форм знания о человеке с другими. Это уже происходит, но, к моему сожалению, в основном в слабо рефлексирyемом сознании методологов и поэтому часто некультурно. Вместе с тем именно культура рефлексивного мышления и ее формирование создает главную притягательную силу методологии в варианте, развиваемом членами ММК.

Создать условия межпрофессиональной коммуникации в рамках рационального человекознания с эффектами взаимного понимания разных точек зрения, то есть создать действительно современную общую антропологию как комплексную дисциплину, по нашему убеждению можно, объединив представителей различных дисциплин в общей для всех деятельности: социальном проектировании нового социального института - Центра антропотехники. Как показывает наш опыт практики продуктивной организации комплексных разработок и исследований, наиболее адекватным методом для этого является технология непрерывного программирования. Таким образом, разрабатывая основы психологии, мы исходим из основного методологического общеметодологического положения о формировании предметов наук (в том числе и предметов психологической науки) в рамках программирования развития общественных профессиональных сфер деятельности. Более того, в случае с комплексным человекознанием, нельзя ограничиться специализацией в границах одной сферы деятельности. Программа развития сферы науки должна учитывать развитие таких сфер, как философия, образование, проектирование - и это как минимум. В целом механизм программирования должен учитывать весь комплекс состояний и перспектив развития общественно-исторической практики человечества.

 

 

1 Щедровицкий Г.П. Методологический смысл проблемы лингвистических универсалий. - В кн. “Языковые Универсалии и лингвистическая типология” М., 1969, с.47.

2 Тюков А.А. Организационные игры как метод и форма активного социального обучения. - В кн. “Активные методы обучения педагогическому общению”, М. АПН СССР, 1983 с.73-80.

Тюков А.А. Организационные обучающие игры и моделирование процессов социального развития личности. - В кн. “Игровое моделирование. Методология и практика”, Новосибирск, “Наука”, 1987, с.48-61.

3 Лефевр В.А. Конфликтующие структуры. М., 1967

4 Гальперин П.Я. психология мышления и учение о поэтапном формировании умственных действий // Исследование мышления в советской психологии. М.,1966, с.236-277.

5 Тюков А.А. Квалификационный анализ ценностных конфликтов - “Психологический журнал” - Наука, 1993, №3.

6 Гальперин П.Я. Психология мышления и учение о поэтапном формировании умственных действий // Исследование мышления в советской психологии. М.,1966. С.236-277.

7 Швейцер А. Культура и этика. М., 1969. С.300.

8 Тюков А.А. Исследования организационно-управленческой деятельности и понятия руководства, организации, управления // Актуальные проблемы общей, социальной и педагогической психологии: Сборник научных трудов. М., 1980. С. 57-76.

9 Тюков А.А. Образование и дизайн: пространство взаимодействия. - Журнал “техническая эстетика” - М., 1994, №1, с.32-38.

Тюков А.А. О путях описания психологических механизмов рефлексии // Проблемы рефлексии: Современные комплексные исследования. Новосибирск, “Наука”, 1987, С.73

10 Тюков А.А. Организация учебных задач в условиях ого сотрудничества студентов // Психологические основы интенсификации обучения иностранным языкам. Сборник научных трудов МГИИЯ им.М.Торез.Вып.283.М.,1987. С.88-98.

Тюков А.А. Организационные обучающие игры и моделирование процессов социального развития // Игровое моделирование: Методология и практика. Новосибирск, 1987. С.48-61

Добавить комментарий

Plain text

  • Разрешённые HTML-теги: <a> <em> <strong> <cite> <blockquote> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd>
CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.